Тата Гориан
Молоко

— Шесть художников, шесть проектов, шесть чувств. Ты как, с нами?

— А чувств же пять, не?

— Шестое — языковое. Но можно не все использовать. Как получится. У каждого художника будет 13 минут.
Я совсем не удивилась тому, что мой препод по инглишу Александр решил стать куратором. Пока я не могла выучить один язык, он знал штук двадцать. Ещё он разбирался в музыке, математике, философии, литературе. Не могу представить, в чём бы не шарил этот чувак, одетый в разные носки.

— Формат события — экспериментальный, на грани вечеринки и концерта. Мы уже договорились с площадкой.

Он кидает мне описание в телегу. Оно как-то неловко приземляется сразу после ссылки «45 New TOEFL Speaking Topics».

ТОТ, КТО ПРИДЕТ 31 МАРТА, ДОЛЖЕН БЫТЬ ГОТОВ НЕ ТОЛЬКО СЛЫШАТЬ, ВИДЕТЬ И ВОСПРИНИМАТЬ РЕЧЬ, НО И ЕСТЬ, ПИТЬ, НЮХАТЬ, ИСПЫТЫВАТЬ НА СЕБЕ КАСАНИЯ ЖИВОЙ И НЕЖИВОЙ МАТЕРИИ В САМЫХ НЕОЖИДАННЫХ СОЧЕТАНИЯХ. КТО ХОЧЕТ ДОВЕРИТЬСЯ ВОЛЕ ШЕСТИ АВТОРОВ И ОКАЗАТЬСЯ ЧАСТЬЮ ШЕСТИ НЕПОХОЖИХ ДРУГ НА ДРУГА МИРОВ — ТОМУ СЮДА.

Мне точно сюда. Был декабрь. Жизнь казалась невыносимой. Будущее мрачным. Терять было нечего. Я согласилась. До этого я делала только фотографические проекты. Но хотелось дальше. Куда-то ещё. Чего-то ещё. А чего и куда было непонятно.

Тем же вечером я написала Александру.

Тата:
История такая. Я для своего «беременного» проекта давно хотела сделать сыр или блины из грудного молока. Для сыра 13 минут не хватит, а вот для блинов и коктейлей вполне. Открою у вас молочный буфет, напеку блинов на сцене. И всем скормлю. ХА!

Александр Инглиш:
Ого!

Александр Инглиш:
Нарушение моральных норм, степень контакта с посетителями, цензура, возможность остроумия и проч. даются целиком на откуп авторам и могут быть ограничены организаторами после знакомства с партитурой только в случаях, угрожающих срыву мероприятия и/или безопасности его участников.

Александр Инглиш:
Это из памятки

Тата:
Ого, в искусстве начали следовать памяткам?

Александр Инглиш:
Да не, не обращай внимания. Идея крутая, чего-то такого не хватало :)

Тата:
Ура. Есть зачем жить до 2019.

Причины жить в следующем году мне были нужны практически каждый год. А тут еще два года назад мы расстались, и я до сих пор лежала выкинутой на пляж большого ахуя. Ну как расстались. Ты вернулась с випассаны и сказала, что тебе надо уехать. «Надо уехать — значит надо уехать», — подумала я, с випассаны вечно всякие неудобные решения привозят. — Я люблю тебя не той любовью, которой ты достойна, — добавила ты. — А какой же? — спросила я. — Я не твой человек, а ты не мой, — объяснила ты. — Всё кончено, — догадалась я и залила слезами сначала кабак, где мы были. Затем — нашу кровать и ванну. На следующий день, пока я была на работе, ты улетела. Сначала я не поверила. Но на третий день мне приснился сон, в котором мне отрубили безымянный палец, — и я поняла: придется жить без твоего имени.

Моей первой любовью был художник, последней — художница. Пора было прервать этот порочный круг и самой заняться искусством. За эти два года я неплохо продвинулась в арт-пороках. Идея «беременного» проекта возникла после похода к гинекологу.

— А вот и он, хотите посмотреть? — о найденном в моей матке полипе врач говорила, как о ребенке. — Такой маленький, а можешь помешать беременности, — ласково упрекнула она чужого, захватившего мою матку.

Беременеть я не планировала, и единственное, от чего могла залететь, — это от искусства. Лежа на УЗИ, я обдумывала, как бы мне манифестировать свободу женщины от репродуктивной функции и что бы такое произвести на свет. Вон Софи Калль родила своего кота. Ну не святая ли женщина? Понимает, что котиков много не бывает.

— Кстати, вам уже пора серьезно задуматься о зачатии, — прервала мои раздумья врач. — Не хотите заморозить яйцеклетки на всякий случай?

Я попыталась представить этот всякий случай. Однажды встаю с утра. Пью кофе. Заливаю овсянку соевым соусом. Обычный день. И тут меня озаряет: вот он — тот самый всякий случай, настало время реализовать потенциал своего женского тела, аллилуйя, где там мои яйцеклетки, лежащие во льдах, как мамонты, и ждущие воскрешения.

— Ммм, звучит захватывающе, — слышу я свой далекий голос.

***
Avent.pdf
До перформанса оставалось три дня. Грудное молоко у меня не появилось. В этом мире есть два способа найти что-нибудь странное — «Авито» и паблики «Вконтакте». «Авито» молчал, а паблики не подвели. Паблики вообще никогда не подводят. Это я поняла с тех пор, как пыталась найти героев с неожиданными фетишами. Подписавшись на группу «Зацементированные / закопанные девушки», я тут же получила сообщение от его создателя:

— Возбуждает цемент? Готов тебя зацементировать...

— Не то чтобы. Я ищу героев, у которых был такой опыт. Для своего проекта. У вас был?

— Нет, никто не соглашается. И ты вот тоже не хочешь. А меня тогда зацементируешь?

Что же, интересно, писать этим роженицам? Правду? Или, может, всё же врать? С другой стороны, кто даст молоко, если я скажу правду? А вдруг они догадаются? Как, интересно? Материнский радар запищит? Или что он там делает.

Елена.Санкт-Петербург.Продам грудное молоко.Замороженное в стерильных пакетах 180-210 мл в пакете. 200₽ за пакет. Даты октябрь-ноябрь 2018.Молока много! Жалко уже в раковину выливать.Здорова. Чистоплотна. Правильное питание, диета кормящей мамы. Не пью, не курю.Пишите в лс.Извращенцы мимо! Молоко детям!#грудноемолоко

Здравствуйте, Елена, напишу я ей, хочу купить у вас молоко. Но не для ребенка. Только вы не подумайте, я не извращенка. Мне для блинов, пожарить. Ааааа, для блинов, понимаю, — ответит она мне. Я-то думала, вы из тех извращенцев. Ищут женщину с молоком, для своих извращений. Действительно, извращение какое — изображу возмущение я. И что, часто такие попадаются? Не то слово! Вчера написал один. Просил покормить сисей. Так и написал. А вы точно не мужчина? Вроде нет. В смысле не вроде, я точно не мужчина. И на сиси меня не тянет. В смысле тянет, но не в том смысле. Ох, не слушайте меня.

От стратегии начинало нести провалом, а вовсе не блинами. И тут сервис молочных мам (да хранит господь боженьку капитализма, что на каждую мою молитву откликается сервисом или продуктом), куда я тоже на всякий случай отправила запрос, ответил мне:

Высылаем Вам список молочных мам, готовых поделиться молоком в вашем городе. Свяжитесь с ними, а потом обязательно напишите нам, удалось ли Вам найти нужное количество молока. Также напоминаем Вам, что донорство молока — добровольное и безвозмездное, поэтому не предлагайте нашим донорам никакое денежное вознаграждение.

Теперь у меня была таблица из трех женщин, готовых поделиться со мной молоком. Выбрав ту, у которой больше молока (2690 мл, это ж почти три тетрапака!), я написала.

Здравствуйте, Екатерина. Сервис молочных мам отправил мне ваши контакты. Подскажите, есть ли у вас еще замороженное молоко? И какова стоимость? Вы бы меня очень выручили. Мне необходимо 750 мл. И неудобный, но важный вопрос. Всё ли хорошо со здоровьем. Может быть, даже есть справки? Тата

Добрый день. Молоко есть, почти вся морозильная камера заполнена. Моему малышу скоро 6 месяцев, ???? не болею, ем правильную пищу — это напрямую здоровье моего малыша. Молоко отдаю БЕСПЛАТНО!!! Для меня самое главное, чтоб оно пригодилось, жалко если пропадет, да уже и складывать некуда, холодильник не резиновый )) Пишите в ватсап или вайбер.

***
В маршрутку на каждой остановке заходили люди, которых провожали. На одной из них зашла женщина около 45 лет. Она отправляла воздушные поцелуи махавшей ей паре, пока маршрутка не тронулась. Женщина села рядом, и я почувствовала запах ухоженности, духов, помады, алкоголя и обильных закусок. Такой же аромат в детстве из гостей приносила мама. Хотелось спросить, что пила и ела эта незнакомая женщина. Интересно, отличается ли чем-нибудь запах жареных блинов, приготовленных на грудном молоке? Всю дорогу в голове я крутила предстоящий разговор: понимаете, Екатерина. Нет, лучше Катерина. Понимаете, Катерина, не хотела вам говорить сразу, а то вы бы меня не поняли. Вот этот проект он мне как ребенок. И для этого проекта-ребенка мне нужно молоко. Как мать, вы должны меня понять.

Это был старый спальный район из 80-х. Он напомнил мне Ижевск, где я жила до 22 лет. Старые многоэтажки. Темные дворы. И такой же запах безысходности и тоски.

Выхожу и натягиваю капюшон посильнее на дреды. Мне кажется, мой образ не очень материнский. Мне кажется, она меня раскроет, как только увидит.

Захожу во двор и вижу пару с коляской. Катерина в розовой шапке, а рядом мужчина. Внушительный треугольник в куртке. Моя смелость рассказать правду скрывается из виду. Про наличие мужа мы с ней не подумали. Я нелепо машу им. Она отдает коляску мужу и идёт в мою сторону.

— Кать, а достань там из морозилки куриные грудки заодно, — кричит он ей.

Я вспоминаю, что помимо извращенцев грудное молоко интересует качков: оно якобы помогает наращивать мышечную массу. Что если муж Катерины не только к куриным грудкам прикладывается? Он меня точно отпиздит. Как только узнает, что хочу сделать с молоком его женщины, отхуярит дай боже. Прощай, перформанс.

Мы заходим в подъезд. Темно, как в подземелье. Значит, я очень близка к своей цели. Осталось пройти пару уровней. Я иду впереди и спиной слышу её вопрос.

— А чем сейчас кормите?Кажется, уровень начинается с провала. Ну, конечно, она бы спросила об этом. Это нормальный вопрос, когда отдаешь кому-то грудное молоко. Очень быстро, почти скороговоркой, отвечаю:— Смесью. Сначала было молоко, а потом не стало, вот врач и посоветовал.И чтобы отвлечь от себя внимание, нападаю: — А как зовут вашего малыша?— Максим. А вашего? Ну, конечно. Это же правило материнского этикета — спросить имя твоего ребенка. Единственное, почему я не подготовилась к таким вопросам, это просто потому что я хотела сказать правду. ПРАВДУ. ВАШЕ МОЛОКО МНЕ НЕ ДЛЯ РЕБЕНКА. ДЛЯ ПЕРФОРМАНСА ОНО! ВОТ.

Я вспоминаю имя, которым ты хотела назвать своего ребенка.— У меня девочка. Таисия.

Уровень пройден. Под пение ангелов передо мной открываются двери квартиры и холодильника. Нижний ящик морозильной камеры доверху заполнен пакетиками с желтоватым молоком. Они манят меня, как золотые слитки.

— Почему так мало берёте? Берите больше, — подначивает меня Катерина. Она не знает, что я буду печь блины.

***
Мы с Уолкером стоим за сценой и ждём выхода. Он в автомобильной покрышке, перекинутой через плечо. Я в черном обтягивающем костюме с накладной грудью («Алиэкспресс»: «очень мягкий, они отскакивают, как настоящая грудь, и ощущают себя настоящей грудью. Каждая форма груди имеет форму капли слезы»).

— Я правильно поняла, что женская энергия не иссякает? А блогерка ей отвечает: «Её нужно пополнять, информация будет в отдельном посте», — пересказываю я Уолкеру диалог, найденный в сети.

— И как ты планируешь создать этот генератор женской энергии?

Я зависаю. Мне пришло сообщение от Катерины. После нашей встречи я выкатила ей всю правду: мне 34, ноль детей, чувствую себя ледяной глыбой, яйцеклетки, бракованные коровы, всё, как в стейтменте, а её молоко нужно для арт-проекта, сорян, не смогла признаться сразу, можете проклинать.

«Тата, как вы смели», — вижу я первую строчку.

Открываю сообщение:

Тата, как вы смели отчаяться. Счастье оно рядом! А мы с вами не случайно познакомились. Вот контакты врача, который берется за самые сложные случаи. Он нам помог с сыночком, и у вас всё обязательно получится!
Текст написан в рамках курса Write like a Grrrl Online
Иллюстрация: Vasilisa Palianina